Варварское предложение (Новелла) - Глава 70

Лиэне бы солгала, если бы сказала, что не переживала о том, что на сердце у миссис Хентон.

― Меня это беспокоит. Однако у меня нет на это права.

― Что вы?.. Эти слова тоже…

― Покойный король… Нет, я не должна использовать это слово. Я знаю, что сделал мой покойный отец. И что я тоже сделала, унаследовав эту кровь. Я была напугана, поэтому не смогла признаться сама, что мой покойный отец сотворил с этим мужчиной, и попросить прощения. Но… Думаю, однажды настанет день, когда он узнает всё о прошлом, и как с этим связаны семь семей.

― …

Лицо миссис Хентон окаменело, пока она слушала Лиэне.

― Тогда я, вероятно, заплачу свою цену за это преступление. Поэтому, если честно, мне нет смысла беспокоиться о миссис Хентон.

―  Вы всё равно умрёте, поэтому неважно кто вас убьёт… Вы это имеете в виду?

― Нет, не это. Просто… Нет нужды стараться защищать свою жизнь.

Лиэне просто надеялась, что это время продлиться как можно дольше. Что будет время спокойно пожениться, без каких-либо трудностей передать власть, благополучно построить дом и беззаботно и счастливо пожить вместе.

― Тогда подумай о том, что ты собираешься делать. Обсудите это с Климой. Если останетесь в замке, я хочу, чтобы миссис Хентон стала главной горничной в замке Наукэ.

«Надеюсь, что сердце, которое ненавидит этого мужчину, в конце концов возненавидит меня вместо него. В то время он был всего лишь маленьким ребёнком. Как она и сказала, дитя в таком возрасте ничего не может сделать против взрослого».

― Стра…странно, ― проглотив остатки печенья и смахнув крошки с губ, к ним подошёл Клима.

― Что в этом странного?

― Он знает. Всё.

― Что?

Клима посмотрел, моргая, на Лиэне своими кроткими, карими глазами.

― Принц Фернандо спросил меня… И я рассказал ему всё.

― Всё?.. Что ты сказал?

Лиэне неосознанно порывисто повернулась. Клима съежился от неожиданного резкого движения.

― То, что я сказал принцессе… Всё.

― Что?

Зелёные глаза Лиэне максимально расширились ― больше они уже стать не могли.

― Тогда этот мужчина… Всё это… Когда это было?

― Вчера.

― Вчера?

Именно вчера он внезапно стал молчаливым и холодным.

«― Заставлять принцессу делать то, что ей не нравится, было нехорошо с моей стороны».

Он хладнокровно оттолкнул её и отвернулся, сказав ей, не делать этого.

«― Я был в отчаянии, потому что наши чувства могли отличаться».

― Вчера… Тогда вчера… Он узнал, что сделала семья Арсак… Как же…

― Нет, ― Клима покачал головой. Каждый раз, когда его мягкое лицо тряслось, летели крошки печенья. ― Он знал. Он знал всё, что я рассказал вчера.

― Он уже знал? Как… Как это!..

Лиэне была так поражена, что пошатнулась. Затем миссис Хентон, которая была рядом с ней, неожиданно поднялась и подхватила принцессу.

― Как… Как?.. ― спрашивала Лиэне, лихорадочно дергая миссис Хентон за рукав. ― Как такое может быть? Как? Даже несмотря на то, что сделал покойный король? Как мог этот мужчина сказать мне…

― Успокойтесь…немного, пожалуйста.

― Как мне…

«― Я забыл о прошлом. Мне просто хочется иметь дом».

Лиэне, заикаясь, с широко открытыми глазами обратилась к миссис Хентон. На самом деле принцессе было не важно с кем разговаривать. Просто миссис Хентон была прямо перед ней.

― Этот мужчина…знал всё. С самого начала. Но забыл обо всём ради меня… Он был рад, что меня никто не забрал…

Ещё он сказал:

«― Принцесса, делайте то, что хотите».

― Наверное, он думал, что я его ненавижу… А ещё, скорее всего, боюсь… Потому что не знаю, что этот человек сделает со мной, и думает, что я заставляю себя…

Когда Лиэне сказала ему, что всё не так, то он попросил её поплакать ещё. Что принцесса не похожа на человека, который знает, как плакать, поэтому ей надо ещё лить слёзы. Тогда она сможет заснуть. Слёзы навернулись на её большие глаза.

«― Важно то, что принцесса прикасается к нему, и он больше не болит».

Теперь она знала значение этих слов.

― Я не понимаю, что вы говорите. Мне позвать кого-нибудь?

― …Нет, ― Лиэне улыбнулась, глядя на миссис Хентон глазами, полными слёз. ― Спасибо, миссис Хентон. И прости.

― Ни с того ни с сего?

Лиэне обняла миссис Хентон. Она была так потрясена, что не могла дышать.

― Этот мужчина знал всё. Он пришёл ко мне, хотя знал всё. Мне так жаль. И спасибо.

― Я не понимаю, о чем вы говорите…

Только позже миссис Хентон поняла. Лиэне выпустила её из объятий и повернулась к Климе. А затем обняла его так же крепко, как и миссис Хентон.

― Спасибо тебе. И мне очень жаль. Я действительно хочу извиниться. Спасибо.

― П-принцесса… Принцесса… Принцес…

Клима сильно покраснел и заикался до тех пор, пока Лиэне не отпустила его.

―  Обязательно подумайте оба. Что вы хотите делать в будущем. Как вы хотите жить.

Закончив говорить, Лиэне быстро обернулась. Затем схватив юбку обеими руками, она сбежала вниз по лестнице, показывая при этом лодыжки, как в пятилетнем возрасте. Теперь ей очень хотелось плакать.

«― Если вам захочется поплакать, приходите ко мне. Не грустите в одиночку».

Поэтому она направилась к нему.

*****

Блэк возвращался из пустого особняка на южном берегу реки. Фермос был прав. Если правильно выстроить стены, это место идеально подходило для крепости. Расположение, панорама и ландшафт ― всё было безупречно.

― Тогда, как только лестница храма будет завершена, мы начнем строительство здесь. Вы оплатите всё и в этот раз?

― Да.

― Хм… Понадобится довольно много денег на строительство.

― Княжество Алито должно скоро прислать золото.

― О, уже настало это время?

Рядом с княжеством Алито находился золотой рудник, владение которым передали Блэку в качестве оплаты за войну. Тивакан предоставил княжеству права на добычу золота, и каждый год они отдавали ему половину. Вероятно, только Фермос знал точный размер богатства Тивакана на континенте.

Его собственность была разбросана то тут, то там, а ещё у него было много крупных активов, которые нельзя было вывезти, таких как земля или шахты. Среди них был только один золотой рудник, но ещё несколько соляных и железных. Прибыль от одних только соляных копей приносила Тивакану сумму, равную годовому бюджету какого-нибудь небольшого княжества.

В войне и победители, и проигравшие несли большие финансовые потери. Только наемники зарабатывали деньги. С силой Блэка и умом Фермоса Тивакан быстро смёл лёгкие деньги, текущие с континента.

― Не может быть, чтобы ты этого не знал.

Блэк оглянулся на Фермоса. Тот смущённо пожал плечами.

― Как и ожидалось, вас не обмануть, господин. Я пытался сказать, что строительство крепости ― это только начало. Наукэ ― бездонная яма, господин. Вы же знаете?

― Знаю.

― Но вы всё равно попытаетесь её засыпать, верно?

― Это просто деньги. Я могу заработать ещё.

― Это верно… Что ж, поскольку состояние господина довольно велико, то не составит труда сохранить его. Если этого будет недостаточно, я возглавлю торговую группу и верну деньги.

― Когда-нибудь засуха закончится.

― Что?

Фермос заморгал, потому что Блэк произнёс это очень решительно.

― Вы что-то знаете?

― Это неестественно, что засуха длится 20 лет. Абсурдно, что Наукэ ― единственная страна, в которой не меняется погода.

― Э-э, это так, но всё же.

― Нам нужны люди, изучающие климат. Я планирую пригласить ученых в ближайшее время. Если мы узнаем причину засухи, то найдём решение.

―  А-а, так вот что вы имели в виду.

Несомненно, у его господа был широкий кругозор. У него был план на будущее, в то время как Фермос считал безумной идею накормить всё королевство.

― Господин действительно полон решимости поселиться на этой земле. …Кстати, разве вы не говорили, что останетесь ненадолго, когда мы приехали? Когда вы передумали?

Блэк снова оглянулся на своего подчинённого. Фермос склонил голову, почему-то казалось, что его странно прищуренные глаза смотрят на него, как на дурака.

― Почему вы так смотрите?

― В то время всё было именно так.

Он произнёс это так, словно жевал что-то. Фермос подумал, что это единственное проявление чего-то человечного, которое продемонстрировал его господин. Он не хотел отвечать, но заговорил так, словно его рот открылся сам по себе.

― Я собирался уйти после того, как сделаю королевство своим.

― Как и любую другую шахту.

Изменился бы только владелец, а Наукэ остался бы таким же, как был, даже если он ушел. Блэк не имел ничего против жизни наёмника, поэтому намеревался и дальше жить так, как раньше, после свадьбы.

― Но в Наукэ была принцесса, которая оказалась именно тем человеком… Что ж, вот почему всё так вышло, ― пробормотал Фермос, словно он был один, и покачал головой. Во время езды на лошади он вдруг огляделся и сказал: ― Думаю, это не плохая идея.

― Что именно?

― Я имею в виду, остепениться. Вы будете очень хорошим королём.

На это Блэк покачал головой, словно тут не о чем было думать.

― У меня нет намерения быть королем. У Наукэ уже есть настоящий монарх.

― Это, хм… Конечно, я признаю, что принцесса ― хороший человек и выдающийся монарх. Но не слишком ли шатка политическая ситуация в Наукэ для нее?

― Вот почему это удивительно. Как бы то ни было, она до сих пор сохраняла свой суверенитет.

― Потому что она растратила свое королевское имущество.

― Это, должно быть, защитило её суверенитет. Наукэ не принял бы другого монарха, кроме принцессы Лиэне.

Вот почему Кляйнфелтер не смог взять власть в свои руки силой. Поднять восстание было бы легко. Но этого не произошло. Жители Наукэ любили Лиэне, которую просто называли принцессой, потому что её всё ещё не короновали из-за противодействия шести семей. Состояние, которое она потратила, было прочным фундаментом этой поддержки.

― Хмм… Она определенно идеальный монарх. Но разве проблема не в том, что всему есть предел? Теперь состояние принцессы почти иссякло. Если она ничего не сможет сделать, будет ли её поддерживать народ так же, как раньше?

― Теперь это не имеет значения.

Губы Фермоса дрогнули.

― Господин, вы имеете в виду, что возьмёте на себя эту роль?

― Я могу это сделать. И это правильный путь. Это моя роль.

― …Ну, раз так.

Фермос пожал плечами и посмотрел вперёд. Блэк или Лиэне. Он не видел большой разницы. К тому же, она заботилась о других, отдавая им всё, чего не сделал бы ни один другой монарх. А, возможно, их намерения отличались. Принцесса делала это ради Наукэ, а его господин ― для нее. Если так подумать, то они хорошо подходили друг другу. Хотя и идеальной парой их не назовёшь. В любом случае, если Блэк определился со своей ролью, это также означало, что Фермос должен выполнять свое дело. Он подумал, что это тоже будет интересно. Превратить маленькую страну, находящуюся в упадке, в богатое королевство с двумя монархами во главе. Фермос кивнул сам себе и сменил тему.

― Тогда нам просто нужно закончить Великий Совет. С Кляйнфелтером мы точно разберёмся, так что осталось просто другим потуже затянуть поводок.

― С нетерпением жду Великого Совета.

У Блэка было подготовлено для них небольшое представление. Фермос, который понял, о чем он говорит, улыбнулся.

― Я тоже, господин.

Пока они разговаривали, замок Наукэ становился всё ближе. Миновав подъемный мост, Блэк проехал через ворота и направился к конюшне. Затем он столкнулся с человеком, который ждал его.

― Лорд Тивакан!