Варварское предложение (Новелла) - Глава 88

Его слова были странными.

― В том опасном месте? Это бессмысленно. В том доме, должно быть, немало людей, которые плохо относятся к миссис Хентон, ― сказала Лиэне.

— Это всего лишь предположение. Если её нигде нет, то это место ― единственное, что приходит в голову. Но, если она действительно отправилась в особняк Кляйнфелтера, беспокоиться не о чем. Там будет Фермос, ― ответил ей Блэк.

― Миссис Хентон работала там долгое время… Возможно, она что-то оставила там.

― Возможно.

― …

Она должна была оповещать, если куда-то уходит, но никому ничего не сказала. Это означало, что в особняке Кляйнфелтера осталось что-то секретное.

― Я тоже пойду с вами.

Лиэне беспокоилась, что этим чем-то может оказаться ещё один кусочек прошлого, покрытый ранами. Миссис Хентон с большим трудом сумела преодолеть свое горе и выбросить его из головы. Что, если это случится снова?

― Вам лучше этого не делать. Если вы поедете верхом на лошади, то ваша спина будет болеть ещё сильнее.

― Не так уж я и больна.

Лиэне покачала головой, когда Блэк недоверчиво приподнял брови.

― Если что-то случилось с миссис Хентон, то я должна об этом знать.

― …Тогда дайте мне обещание. Когда вернёмся, будете очень сильно жаловаться, даже если это будет лишь притворство.

― Звучит немного странно… К тому же, кто меня не слушал, когда я пыталась жаловаться совсем недавно?

― Поэтому вы и должны это сделать. Не позволяйте мне снова так себя вести.

Хотя миссис Фламбад с ними не было в тот момент, но она понимала, о чем они говорят.

― Я возьму на себя ответственность и помогу принцессе не переусердствовать. Поэтому давайте отправляться.

Таким образом миссис Фламбад тоже отправилась в особняк Кляйнфелтера. Тем временем стражники начали искать миссис Хентон в замке и за его пределами.

*****

― Ох… Разве вы не говорили, что не приедете?

Разница во времени их прибытия была невелика. Блэк и Лиэне подъехали в тот момент, когда Фермосу, ушедшему первым, только удалось взломать главные ворота особняка.

― Так уж вышло. Они оказывают сопротивление? ― спросил Блэк.

― Да. Не знаю почему, но они не открывают дверь. Всё будет непросто.

— Значит в доме что-то спрятано.

Ни Лиэне, ни миссис Фламбад не могли скрыть своего беспокойства.

― Вы не видели миссис Хентон?

― А? Что вы сказали, принцесса? Миссис Хентон?

― Похоже, что не видели. Тогда это означает, что её здесь нет или она пробралась внутрь тайком, ― произнесла Лиэне.

Миссис Хентон могла быть где-то в этом особняке, у которого были закрыты все двери и окна.

― Хм… Если это правда, то всё будет немного сложнее. Они могли взять её в заложники… А, неужели именно поэтому все двери заперты? ― начал строить догадки Фермос.

― Не стоит быть таким категоричным заранее. Возможно, они хотят спрятать не миссис Хентон. В этом доме много всего, ― ответил ему Блэк.

— Это верно. Для начала вскроем дверь. Если они держат миссис Хентон в заложниках, сначала попытаются использовать её.

Пока они разговаривали, к ним подбежал Клима.

― М-моя мама там? П-почему?

Похоже, он тоже понятия не имел, что миссис Хентон ушла.

― Пока неизвестно. Стражники сейчас тоже ищут, где может находиться миссис Хентон. Не волнуйся слишком сильно, ― ответила ему Лиэне.

― А, но… Почему моя мама… внутри…

Клима затопал ногами, что совсем не подходило его комплекции. Лиэне не подозревала, что он такой высокий, потому что мужчина был очень худым и постоянно горбился. Но теперь его подавленное лицо было наполненно его первоначальной добротой. В одно мгновение Клима стал другим человеком.

«Этот человек прожил такую жизнь… Я действительно не понимаю, зачем это нужно было делать».

Сердце Лиэне снова сжалось из-за мыслей о прошлом. Она похлопала Климу по руке.

― Всё в порядке. Всё будет хорошо. Должно быть.

«Прошлое никогда больше не вторгнется в настоящее. Я не позволю этому случится».

― …

Клима открыл рот от удивления и какое-то время смотрел на Лиэне, а затем сказал:

― Если моя мама там… Если это действительно так, она, скорее всего, воспользовалась этим путём.

― Что? Есть другой путь? ― спросила принцесса.

― Да. Путь, который я использовал… когда выполнял поручения. Мама знает о нем.

― А…

― Но дорожка узкая. Пройти может только один человек за раз… И приходится часто наклонять голову….

Фермос обрадовался.

― Что? Если было что-то подобное, ты должен был сказать мне об этом!

― Но меня никто не спрашивал…

― Ох, я не спрашивал, потому что не знал! Что ж, тогда мы можем попасть внутрь этим путём. Продолжайте пытаться открыть дверь, отвлекая внимание. Господин, вы пойдёте?

― Нет. Отправь Рэнделла.

Фермос вздрогнул.

— Это неожиданно. Я думал, что вы скажете, что пойдёте сами… Ох, конечно. Тут же принцесса. Понимаю.

Лиэне схватила Блэка за рукав.

― Я пойду с вами. Если так мы сможем быстрее разыскать миссис Хентон.

Блэк принял строгий вид.

— Вот почему я сказал, что останусь. Ни за что.

— Это будет не опасно. Вы же будете со мной.

― Даже если бы рядом с вами было десять таких, как я. Мы не войдём в дом, пока не узнаем, что происходит внутри.

― Но…

Фермос, который некоторое время слушал спор Блэка и Лиэне, покачал головой, и миссис Фламбад понимающе кивнула.

― Я отправлю Рэнделла. Не ссорьтесь. Это моя вина, что я вообще спросил об этом.

Трое наёмников, включая Рэнделла, отправились в особняк под руководством Климы. За закрытыми дверями их встретила лишь пустота и тишина. Миссис Хентон была найдена с ножевым ранением в комнате пристройки.

― Миссис Хентон, миссис Хентон? Вы пришли в себя? Миссис Хентон!

― …Прин…цесса?

Миссис Хентон пришла в себя через полдня после того, как её перевезли в замок.

― Ха-а… Какое счастье.

Увидев, что миссис Хентон благополучно открыла глаза, силы покинули Лиэне, и она осела на пол. С другой стороны стоял Клима, держал свою мать за руку и тихо плакал.

― Боже мой, принцесса!

Миссис Фламбад, которая как раз вошла в комнату с кувшином с водой, увидела, что Лиэне села на пол, и подбежала к ней. При этом она не пролила ни капли, что было очень похоже на нее.

― О Боже! Вы очнулись!

Миссис Фламбад, которая пыталась поднять Лиэне, заметила миссис Хентон, которая только пришла в себя, и расплескала воду из кувшина.

― Ох, что же я натворила!

Вода лилась на пол, пропитывая юбки обеих женщин. Миссис Фламбад, которая в обычных условиях умело справилась бы с происшествием, растерялась, словно в ней что-то сломалось.

― Боже, Боже…

― Хватит это повторять и держите кувшин с водой нормально. Я не умерла.

Миссис Хентон, которая чуть не умерла, выглядела более уравновешенной, чем эти двое. Только тогда Лиэне и миссис Фламбад пришли в себя, поспешно вытерли пол и вызвали врача. Но к ним пришел Фермос. Он сказал, что знает о колотых ранах гораздо больше, чем любой врач.

― Эй, отпусти руку.

Фермос, который пытался осмотреть раны миссис Хентон, заметил Климу, который плакал в той же позе, что и каменная статуя.

― Я же сказал, что она не умрёт. Отпусти руку и просто стой неподвижно. Я ничего не могу сделать, если этот здоровяк продолжит держать её.

― …

Клима с трудом заставил себя выпустить руку матери. Он был единственным учеником рыцарей-хранителей семьи Арсак. Клима сказал, что до сих пор убивал людей, так что теперь хочет быть чьим-то защитником. Возникли некоторые трения из-за того, что этим кем-то был Арсак, но в конце концов все уладилось. Тиваканцы были взволнованны появлением у них первого ученика. Они так хотели обучить его быть рыцарем, что слишком придирались к нему. Из-за этого последние дни Климы были напряжёнными и беспокойными, поэтому он не знал, что происходило с его матерью. Поэтому Клима чувствовал себя виноватым ещё сильнее.

― Давайте осмотрим вас, миссис Хентон. Здесь, верно?

Фермос искуснее, чем врач, ослабил повязку и осмотрел ножевую рану. Удар пришелся на левую половину тела между рёбрами, если бы атака пришлась чуть в сторону, то он не смог бы гарантировать, что она выживет.

― Судя по тому, что рана аккуратная и в то же время глубокая, удар был произведён остро заточенным клинком. Это же был не кто-то из прислуги Кляйнфелтера, а солдат, верно?

― …

На лице миссис Хентон появилось сложное выражение. Словно она хотела заговорить, но не могла открыть рот.

― Я спрашиваю, потому что знаю, вам не обязательно отвечать, если не хотите. Как бы то ни было, вам повезло, что удар пришелся на это место, и рану тщательно обработали, поэтому вам остается лишь хорошо питаться и соблюдать постельный режим. Если будете соблюдать рекомендации, то через месяц вам станет лучше.

Все почувствовали облегчение. Фермос, убедившись, что рана не загноилась, нанёс лекарство и снова наложил повязку.

― Я обильно нанёс мазь, поэтому в следующий раз нужно будет наложить лекарство только через два дня. Затем я ещё раз проверю, как заживает рана. Если вы не хотите, чтобы это повторилось, громко не смейтесь, а ложитесь и засыпайте. Понимаете?

― …ната. …льня, ― медленно проговорила миссис Хентон.

― Миссис Хентон? Что вы сказали? ― переспросил Фермос.

― Та комната, где меня ранили, ― это была его спальня.

― Его?.. Вы о ком?

Миссис Хентон подняла голову. В её глазах горели ещё не зажившие раны.

― Он… Тернан Кляйнфелтер.

*****

Тернан Кляйнфелтер был главой семьи Кляйнфелтер двадцать один год назад. Его смерть была слишком внезапной. Примерно в то же время умер его старший сын и отец Лафита, следующий глава семьи. Всё это случилось практически одновременно с восстанием, которое произошло двадцать один год назад, и, казалось, было с ним связано. Сложно было назвать это совпадением.

― В том доме я отвечала за уход за человеком, который не был мёртвым.

Тернан Кляйнфелтер не умер. Его лишь хватил апоплексический удар, и он был парализован. Единственное, чем Тернан мог двигать, были его глаза.

― Казалось, он предпочёл бы умереть, чем находиться в таком состоянии.

Сейчас все знали, что это просто болезнь, но в те времена все неизвестные хвори называли проклятием Бога. Естественно, Кляйнфелтеры не хотели, чтобы их имя было связано с проклятием.

― Двадцать лет я кормила, одевала и мыла этого человека, больше похожего на труп.

Миссис Хентон не забывала, что он был врагом. Но она ничего не могла сделать из-за усиленного наблюдения. Миссис Хентон могла лишь подмешивать ему в еду что-то несъедобное или тайком выбрасывать его лекарства.

― Его жизнь была тяжёлой, но этот человек всё равно много прожил. Даже когда я ушла из этого дома, он с трудом, но дышал. Сегодня я пошла… ― лицо миссис Хентон исказилось. ― Всё-таки мне хотелось закончить всё собственными руками…

Тернан Кляйнфелтер не отрубал голову сэру Хентону. Он не вонзал нож в сердце её второго сына и не захватывал в плен её старшего ребёнка, не делал их заложниками из-за друг друга. И всё же миссис Хентон нужен был кто-то, на кого она могла обижаться и проклинать. И этим кем-то был Тернан Кляйнфелтер.

― Я отправилась туда, чтобы убить его. Но… Но он очнулся. Стоя на своих двоих и опираясь на трость… он смотрел на меня.

Дворецкий, который поддерживал Тернана Кляйнфелтера, приказал солдату убить миссис Хентон. В тот момент, когда она упала, пронзённая лезвием, то увидела спину Тернана, который уходил живым и здоровым. Миссис Хентон была раздосадована. Её враг уходил, а она ничего не могла сделать.

Поэтому особняк был пуст. Когда Тернан Кляйнфелтер снова смог двигаться, он собрал всё оставшееся имущество и куда-то сбежал. В особняке было много потайных ходов, как и в замке Наукэ. Он где-то спрятался, не попавшись на глаза тиваканцам.