Забытая Джульетта (Новелла) - Глава 24

— ……Леннокс, пожалуйста, остановись.

Женщина с растрепанными длинными волосами, рассыпавшимися по спине, лежала на ледяном каменном полу и плакала.

Парившие вокруг неё голубые бабочки медленно рассыпались на мелкие фрагменты, оседая на пол пылью.

Одна из бабочек, что не успела еще исчезнуть, слабо замерцала в полутьме едва шевеля крыльями, как будто пыталась сопротивляться.

Женщина со светло-каштановыми волосами лежала возле ног мужчины и умоляла его о пощаде.

Эта картина являла собой жалкое зрелище, однако взгляд мужчины оставался по-прежнему холоден, когда он смотрел на нее сверху вниз, с безразличным лицом.

Независимо от того, как много усилий она прилагала, чтобы быть с ним, она не смогла завоевать сердце своего холодного любовника.

— ….Мне очень жаль. Я больше не буду беспокоить тебя.

Я хотела остаться с тобой, даже если ты не любил меня.

С самого начала он говорил мне, чтобы я ни на что не рассчитывала, но в конце концов я стала одержима им.

Я не смогла остановить эти мысли.

Может быть, в глубине души я была даже польщена, думая, что стала особенной для него.

Для этого человека, который никогда не позволял никому надолго оставаться с ним рядом, кроме неё.

Я уверяла себя, что, если буду ждать его, то однажды он отдаст мне кусочек своего сердца.

Я верила и терпела.

Но все мои тщетные надежды рухнули в одно мгновение.

— …..Я больше никогда не буду говорить о ней. Нет, я даже не буду произносить её имя.

Я относилась нормально к тому, что он никогда не говорил мне ласковых слов и ни разу не улыбнулся.

Поскольку этот мужчина не обращал ни на кого внимания в равной степени.

Но, затем появилась женщина и моя жизнь превратилась в невыносимую муку. Она была той единственной, ради которой этот безжалостный мужчина, сделал исключение.

Он тепло улыбался и говорил нежные слова только ей.

И, как оказалось, место рядом с ним всегда оставалось пустым, словно он только и ждал того дня, когда появится она.

Только тогда я поняла, что все было иллюзией с самого начала.

Но было уже слишком поздно.

— Леннокс, прошу тебя, наш ребенок…

— Джульетта Монтегю.

Он оборвал её, как будто больше не мог слушать то, что она говорила, затем протянул руку и приподнял ее подбородок.

Глазами, в которых стояли слезы, она в отчаянии посмотрела на него. Но все, что она увидела, это только красные глаза без каких-либо эмоций.

— Я предупреждал тебя, чтобы ты ничего не ждала.

В конце концов я даже готова была отказаться от своей гордости, лишь бы он позволил мне родить ребенка и жить дальше. Однако, единственное, чего я удостоилась — это высокомерной усмешки, пронизанной холодным безразличием.

— Я не думаю, что меня трудно было неправильно понять. Так что с каких это пор ты решила, что есть «мы»?

****

Джульетта внезапно очнулась ото сна и широко открыла глаза. Слезы стекали с уголков ее глаз.

Тудух, тудух.

Непрерывная вибрация, линии потолка, залитые дневным светом и маленькая односпальная кровать, на которой она лежала, помогли ей осознать, что это был всего лишь сон.

Джульетта потихоньку стала возвращаться в реальность.

Очнувшись от сна, она некоторое время еще лежала на кровати в оцепенении, пытаясь стряхнуть с себя остатки кошмарного сновидения.

«Я не думаю, что меня трудно было неправильно понять.»

Холодный голос все еще эхом раздавался в её ушах.

— Нет, это не так.

Джульетта медленно разлепила губы и произнесла эти слова в слух, словно пыталась убедить себя.

— Я смогла сбежать.

Да. Она больше не была рядом с ним. Так что это был просто кошмар, которого не произошло в этой реальности.

— Это всего лишь сон.

То, что случилось тогда, никогда не повторится в этой жизни, поскольку она, конечно же, не собиралась возвращаться к нему.

Она видела этот кошмар уже не первый раз, так что даже немного привыкла к нему.

— Со мной все будет в порядке.

Стараясь успокоиться, она дотронулась до жемчужного ожерелья, которое обычно носила на шее.

Холодная и гладкая поверхность жемчужин приносила ей некоторое облегчение.

Это было не столько ожерелье, сколько Розарио (Розарио, четки, используемые для молитвы), которое было сделано из маленьких жемчужин.

Единственным отличием от обычного Розарио был крошечный серебряный ключик, находившийся на нем вместо креста.

Оно было не очень дорогим, так как жемчужины были маленькими, но для Джульетты оно было дороже всего на свете. Поскольку это был подарок её покойной матери, графини Монтегю.

Джульетта нащупала кончиками пальцев замочек ожерелья. Она могла прочесть то, что там написано, даже не глядя на изящно выгравированные буквы с внутренней стороны.

Лилиан Сенека.

Лилиан — так звали ее мать, графиню Монтегю.

Насколько Джульетте было известно, ее мать звали Лилиан Мэйфейр, а не Лилиан Сенека.

Так откуда же взялось имя Сенека?

Джульетту весьма интересовал этот факт, однако она мало что знала о своей матери.

«Мне следовало расспросить её об этом больше.»

Единственное, что Джульетта знала о семье своей матери, это то, что она родом с Востока, и что она имела низкий статус, хотя и являлась женщиной необычайно красоты.

Почти все члены её семьи были мертвы, так что она осталась сиротой.

Насколько Джульетта помнила, отец сказал ей, что с первого взгляда влюбился в её мать и сразу же начал страстно ухаживать за ней. Её мать в конечном итоге сдалась и согласилась выйти за него замуж, когда он сделал ей предложение.

На самом деле Джульетта никогда не слышала о семье своей матери, кроме того, что, кажется, она была дочерью рыцаря.

И, что было самым удивительным, так это то, что Джульетта почти ничего не знала о своей матери.

По этой причине она решила поехать на Восток.

Несмотря на то, что её мать похоронили на имперском кладбище для аристократов, в регистре дворян ни одного упоминания семьи по имени Сенека она не нашла.

Поэтому Джульетта подумала, что возможно её мать никогда не принадлежала к аристократии империи.

Когда два человека из разных социальных слоев вступают в брак, часто бывало так, что к происхождению ребенка, рожденного от них, общество относилось с подозрением, из-за чего в дальнейшем могли возникнуть проблемы с вступлением в наследство.

По этой причине некоторые простолюдины покупали родословную у разорившихся семей аристократов, после чего могли спокойно сочетаться браком с другими аристократами.

По мнению Джульетты, это предположение вполне могло оказаться верным.

Поскольку столица империи находилась на Западе, а члены аристократии столичного общества — это люди, которые не воспринимают всерьез тех, кто находится за ее пределами.

Поэтому, если бы она была аристократом никого статуса с Востока, она могла бы пойти на это.

Так же Джульетта порасспросила друзей своей матери, но они тоже ничего не смогли ей рассказать, так как стали близкими друзьями только после того, как она стала графиней Монтегю. Так что они не знали наверняка, каким человеком была Лилиан до замужества.

Даже слуги, долгое время работавшие в особняке, утверждали, что ничего не знают о семье покойной графини.

В итоге все поиски какой-либо информации о её матери закончились ничем, поскольку в столице никто не знал имени Лилиан Сенека.

Подумав еще немного об этом, Джульетта поднялась с кровати.

Перед её глазами сразу же предстал вид уютного одноместного купе.

Затем бросив взгляд на большое окно, она увидела, быстро проносящийся пейзаж.

Понаблюдав за ним некоторое время, Джульетта все же отвела глаза от окна, встала с кровати и заправила постель.

Тук-тук

— Вы уже встали, мисс? Доброе утро!

Она открыла дверь в купе и увидела проводницу с полотенцем в руках.

— У нас есть горячая вода, если вы хотите выпить чаю. И, если вы проголодались, то я могу приготовить вам завтрак!

Девушка, которая выглядела немного моложе Джульетты, была одета в униформу, обслуживающего персонала поезда.

На ее веселый вопрос Джульетта просто кивнула.

В ожидании пока ей принесут завтрак, Джульетта достала чемодан и стала переодеваться.

В тоже время, она сознательно попыталась думать о приятных изменениях в своей жизни. Поскольку ей это было необходимо, чтобы избавиться от своих ночных кошмаров и неприятного чувства, оставшегося у неё от предыдущего вечера.

Итак, о чем же нам подумать? Нужно что-то яркое и веселое.

Это был первый раз, когда она спала в поезде. Нет, даже не так. Это был первый раз, когда она путешествовала вот так.

Задумавшись об этом, Джульетта внезапно посмотрела в окно, вместо того чтобы привести в порядок свою одежду.

Для взрослой незамужней девушки, находиться одной в путешествии без сопровождения хотя бы служанки, было весьма необычно.

Поэтому, чтобы избежать лишних подозрений, Джульетта сняла одноместное купе, сказав, что едет навестить своего мужа.

В списке пассажиров поезда, она была записана, как Лилиан Сенека.

Джульетта думала, что неизвестная девичья фамилия ее матери поможет ей скрывать свою истинную личность.

С одной стороны, это являлось прикрытием, но, если ей повезет, то она сможет встретить кого-то, кто знает имя «Лилиан Сенека» на Востоке.

Бегло расчесав свои длинные волосы, она задумчиво посмотрела на фальшивое имя на удостоверении личности.

По выдуманной истории Джульетты, муж Лилиан Сенеки работал на Востоке.

Хотя это был третий год их брака, они много времени проводили порознь, так что у них не было детей, но все же они очень любили друг друга.

Будучи девушкой, выросший в консервативной семье, миссис Сенека любила носить закрытые платья темного цвета, чтобы не выставлять напоказ все прелести своего тела.

Хотя, если хорошенько присмотреться, то можно было заметить, что ее черное платье было довольно роскошным нарядом с красивыми кружевами и оборками.

На этот случай она так же подготовила правдоподобную историю.

Семья миссис Сенеки владела магазином тканей на протяжении многих поколений, так что не имело значения, даже если её одежда выглядела лучшего качества, чем она могла позволить себе согласно своему статусу.

Джульетте нравилась ее фальшивая личность.

Чтобы соответствовать своему более низкому статусу, она аккуратно уложила волосы и надела черную вуаль.

Если бы кто-нибудь сейчас увидел её, то очень маловероятно, что смог бы узнать её.

Но, даже если бы кто-то и узнал её, то миссис Сенека, естественно, все отрицала бы.

Взгляд Джульетты, внезапно упал на маленький чемодан, когда она поправляла вуаль на волосах.

«Ох… а мне казалось, что я оставила все позади.»

С раскрытых губ Джульетты медленно сорвался вздох, когда она заметила чемодан.