Злодейка-марионетка (Новелла) - Глава 127

Если ты не можешь изменить ход событий, выжди подходящего момента, затаившись, а после, как только ты получишь шанс, ухватись за него всеми руками и ногами. Каена прекрасно об этом знала. Она попросила работников магазина перевезти стоящие здесь ингредиенты, которые нельзя было доставить во дворец, в военную часть. В совокупности это давало им шанс прошерстить столицу с ног до головы.

— Я разберусь с половиной повозок, — сказал Рафаэль, пока они ехали на лошади к погрузочным докам. — К слову, виконтесса Уонстон также высказала желание помочь.

— Вероятно, к этому приложила руку мадам Кедри? — спросила Каена. Всем было известно, что они дружили, так что, скорее всего, герцогиня вынудила подругу помочь.

— Вероятнее всего, так и есть. Канцлер Дебюсси вряд ли бы на такое согласился.

— Спасибо, — поблагодарила Каена. Наконец-то они разобрались с недостатком рабочих рук.

Не было бы такой суматохи, если бы раздача еды беднякам не проводилась бы в рамках церемонии совершеннолетия, которая обязана быть безупречной. Если все пройдет хорошо, мнение народа о Каене изменится.

Каена вместе с Рафаэлем разбирались с документами в овальном офисе.

— Пока что нельзя понять, что с объемами ингредиентов. Лучше разобраться с теми, что есть на текущий момент, — сказала Каена, сидя на стуле. Рафаэль подошел к ней и обнял за талию. — Вам стоит быть осторожнее, герцог, даже если вокруг нет ни души.

— Я думал, что вы все контролируете именно с этой целью.

— Читаете мои мысли, — рассмеялась Каена. Она отложила ручку и взглянула на Рафаэля, легко поцеловала его и отстранилась, когда Рафаэль нежно коснулся ее, побуждая продолжить. — Вы помните, что завтра наши люди должны отправиться в трущобы?

— Разумеется. Именно поэтому я решился помочь Вашему Высочеству. Не хочу ограничивать время, которое мы проводим вместе.

Каена замерла. Время. Это было мудрое замечание, хотя он даже не понял, насколько именно: у Каены не было времени. Каждый раз она думала, что проявляла к нему достаточно внимания и привязанности, но на деле вела себя сдержанно. Поэтому Рафаэль показывал себя в другом свете, не так, как в первой жизни, где он был взрослым, сдержанным и вежливым. А теперь же он стал честнее и безрассуднее, а еще беспокойнее.

«О, так это я сделала его таким, — подумала Каена, взглянув на Рафаэля, и обняла его за шею. Наверное, ей следует дать ему право выбора. — Может быть, у нас недостаточно времени на это».

— Что вы сделаете, если завтра я умру? — спросила Каена. Вопрос был с подвохом, и его сложно было интерпретировать как-то иначе, чем определение истинных чувств. Каена просто предполагала, что такое может случиться. Как Рафаэль воспримет ее смерть? Ведь, по сути, шанс преждевременной смерти объяснял, почему она выказывает столько привязанности по отношению к нему. Рафаэль отмел эту мысль: такого не могло случиться на самом деле.

Перво-наперво он бы предотвратил ее смерть, даже если ради этого ему пришлось бы продать душу дьяволу. Рафаэль крепко обнял Каену, никогда не собираясь отпускать ее из объятий. Ответ был очевиден.

— Я бы вечно тосковал по Вас.

— И не хотели бы последовать за мной? — игриво спросила Каена. — Знаете, молодые девушки и юноши часто говорят, что готовы умереть вместе с любовью всей своей жизни.

— Если таково Ваше желание… — ответил Рафаэль, восприняв ее слова за шутку. Если Каена на самом деле этого хотела, он был готов.

— Даже не думайте, — отрезала Каена. — Вы должны жить.

— Мне не нравится, куда идет разговор, — выдавил из себя Рафаэль, ластясь к рукам Каены. — Вы говорите так, словно покинете меня. Я боюсь этого.

— Вы любите меня. Хотите, чтобы я была с Вами честной?

Если у них действительно нет времени, Каене правда стоило быть более откровенной с Рафаэлем.

— Я всегда готов. Берите и забирайте, можете выкинуть меня как мусор или использовать.

— Рафаэль…

— Я смогу все выдержать, пока у меня есть воспоминания о Вас.

— Я знаю, что вы притворяетесь жалким, чтобы я вас пожалела.

— Верно, — усмехнулся Рафаэль. — Я давно понял, что тогда вы будете сочувствовать мне и откроетесь чуть больше обычного.

Каена просто пошутила, а оказалось, что в каждой шутке есть доля правды. Рафаэль поднял ее в воздухе и усадил на стол. Каена вскинула голову и первой потянулась за поцелуем.

— Станцуйте со мной первый танец.

— Хорошо.

— Не политики ради. Станцуйте со мной как с Вашим мужчиной, — уточнил Рафаэль, и Каена изумленно расширила глаза. С каких это пор Рафаэль так хорошо научился читать ее мысли? В любом случае, она обещала ему первый танец: настала пора действовать с целью получения поддержки народа, например, станцевать с самым обсуждаемым человеком всея империи — герцогом Кедри. Однако Рафаэль понял, что стояло за согласием Каены, и слегка иначе расставил акценты.

— О, конечно, — ответила Каена, и тогда Рафаэль улыбнулся и вновь поцеловал ее, а после, отстранившись, одарил очарованным взглядом. — Что ж, пора вернуться к работе.

— Ваше Высочество является первым и последним членом императорской семьи, работающим запоем.

— Вам это не нравится?

— Вовсе нет.

Очень даже наоборот. Рафаэль поцеловал Каену напоследок перед тем, как выпустить ее из объятий. Затем он забрал несколько бумаг, которые было необходимо нотариально заверить, и вышел. На его место вскоре пришли придворные дамы, услышавшие последние новости.

— Ваше Высочество! Вы в порядке?

Их уже проинформировали о наглости мадам Дотти, пока они направлялись к рабочему месту Каены. Вера была в ярости.

— Не совсем, — беззаботно ответила Каена, раздавая придворным дамам поручения. — Возможно, я слишком привыкла к вам всем, потому что работа с кем-то другим теперь равнозначна адскому труду.

— Должно быть, все серьезно, раз даже Ваше Высочество так говорит, — сказала Сьюзан. Девушка постарались сдерживать смешки, пока Каена картинно страдала.

— Это было ужасно, — простонала в ответ Каена и тяжело вздохнула, и тогда придворные дамы рассмеялись, не в силах больше сдерживаться.

Процесс распределения ингредиентов прошел как по маслу с таким-то количеством рабочих рук.

— К слову, придворный по имени Эмиль Хэброн вчера посетил моего брата, — сказала Джулия. — Этот парень в последнее время часто ошивался вокруг мадам Дотти.

Лукавая улыбка коснулась губ Каены: она не сомневалась, что этот дворянин был шпионом Йестера. Должно быть, маркиз Родрик уже уведомил Резефа о его личности, а сама мадам Дотти, вероятно, уже имела с ним пренеприятнейший разговор.

Раздался стук.

— Прибыли люди герцога Кедри, — отчиталась вошедшая Энни.

— Как оперативно, — оценила Каена. Скорость, с которой Рафаэль выполнял порученную ему работу, была такой высокой потому, что он хотел дать ей время на передышку.

На словах «герцог Кедри» Джулия вздрогнула. Она не могла не заметить этого популярного и красивого мужчину. Волосы цвета вороного крыла, рубиновые глаза — до чего же он был прекрасен! Но при его виде сердце Джулии не билось быстрее, ведь она до сих пор не могла избавиться от мыслей о Резефе, который занял их, как недосягаемый идеал, нечеловечески красивый и восхитительный.

Джулия вновь увидела Резефа на банкете и подумала о том, что не может просто его забыть. Тогда Оливия заметила ее взгляд и поняла, что дело плохо.

— Никто, кроме принцессы, не справится с его нравом, — одернула она Джулию с напряженным выражением лица.

— Этот человек не меняется, — согласилась Сьюзан. — Ты что, не в курсе, какие слухи ходят вокруг него?

Джулия молчаливо кивнула.

— Ты унаследуешь маркизат и сможешь подобрать себе мужчину, с которым захочешь встречаться, — сказала Вера. — Если ты собираешься стать маркизой Эванс, ты должна посвятить этому делу тело и душу.

Они были правы. После их слов Джулия встряхнулась, прогоняя из головы непрошенные мысли, и стала еще более решительна в своей цели унаследовать титул.

— Главная горничная стоит на коленях напротив императорского дворца и умоляет о прощении Вашего Высочества, — сообщила Энни.