Злодейка-марионетка (Новелла) - Глава 149

Взгляд Резефа помутился. Он вытер слезы, стекающие со щек Каены.

— Не плачьте, сестра. Все в порядке. Все хорошо, — тихо, нежно говорил он, затем обняв Каену и прижав ее к себе, но после неожиданно схватил ее за талию, поднял и развернул лицом ко входу в спальню.

— Ах! Ваше Высочество!.. — вскликнула Оливия, к шее которой Джамиль приставил клинок. По коже покатилась крупные капли крови.

Другие особые слуги Резефа приставили на Каену пистолеты. Резеф планировал осуществить нападение с самого начала, а Каена просто сама попалась в расставленные на нее ловушки.

— Моя прекрасная, мудрая старшая сестра, здесь тебе предстоит сделать правильный выбор, — шепнул Резеф, не выпуская ее из объятий. — Я тщательно подготовился, чтобы прекратить все недавние инциденты. Все что тебе нужно это следовать за мной.

Каена молчала, и тогда Резеф добавил, прижимая к ее виску пистолет:

— Я решил простить тебя. Но ты можешь стать главной героиней трагической истории, в которой злоумышленники вторглись в императорский дворец с целью убить императорскую семью.

Каена рассмеялась; слезы на щеках еще не успели высохнуть. Она попыталась согнуться от хохота, но не смогла, поскольку Резеф крепко ее удерживал.

— Это так в твоем стиле, Резеф, — простонала она, с трудом умудрившись успокоиться. Каена помнила о тесной связи между императором-тираном и одной грязной тайной, но это было не ее проблемой.

Неисправимый дикарь. Таким был Резеф.

— Говори! — пригрозил он. — Хватит пороть чушь, начинай умолять о прощении, и тогда ты сможешь жить как моя сестра.

— Думаешь, что случившееся на охотничьих соревнованиях — вина Йестера?

— Что?

Как только Каена замолчала, пистолеты в руках Резефа и его слуг неожиданно исчезли. Бах! Бах! На слуг Резефа, включая Джамиля, вдруг обрушилось сильнейшее давление, и они, потеряв сознание, попадали на пол.

Каена телепортировалась из хватки Резефа. Судя по выражению его лица, он не понимал, что происходит.

— Мне правда было страшно, — сказала Каена, подходя к Оливии, на лице которой было такое же удивленное выражение. Она достала платок и приложила его к ране на шее. — Я думала, что мне придется тебя простить. И такая возможность меня очень сильно напугала.

Она достала бутылек с последней каплей Эликсира и протянула его Оливии.

— Это залечит вашу рану.

Оливия осторожно приняла бутылку и выпила содержимое. Порез на шее исчез. Резеф наблюдал за происходящим, не веря своим глазами.

— Ты думал, что я смогу оставаться в стороне, зная, что ты убил мою няню? Я желала умыкнуть у тебя из-под носа то, чего ты жаждал больше всего, — произнесла Каена со спокойным выражением лица. — Поэтому я обрела магические силы. Мне даже не пришлось стараться, чтобы заполучить трон, и вскоре на моей голове окажется корона.

Каена притянула пистолет, который Резеф недавно удерживал у ее виска. Он опустился в ладонь мертвенной тяжестью, и Каена крепко стиснула рукоять. С клацающим звуком она возвела курок, подняла пистолет и заглянула в дуло.

— Но тебе нужна была я, — пробормотала она.

— Сестра.

— Не двигайся, — приказала Каена, наводя пистолет на него, стоило ему только попытаться сделать шаг. Резеф замер, и Каена мягко, как обычно, улыбнулась. — Хороший мальчик.

Она призвала дневник матери, и тот со стуком упал на пол. Каена взяла Оливию под руку, и та приоткрыла рот, словно знала, что случится дальше.

— Ваше Вы–

Не успела Оливия договорить, как Каена телепортировала ее в безопасное место.

Двери спальни широко распахнулись сами по себе, и гомон, стоящий в коридоре, стало слышно значительно более отчетливо. Впрочем, ни одно слово не достигало ушей Резефа: он неотрывно смотрел на Каену, все остальное слилось в белый шум.

Каена странно себя вела, словно… готовилась исчезнуть.

— Сестра, не делай глупостей.

— Хорошо, что шестеренки плана смогут вращаться и без меня.

Каена смогла достигнуть должных результатов, правильно задействовав свой разум. Естественно, она спланировала все так, что исход можно было предсказать заранее.

— О чем ты говоришь? — резко спросил Резеф. Каена не ответила и швырнула пистолет на пол. Резеф рванул к ней и схватил за руку, нутром чувствуя, что она собирается сбежать.

— Прощай, Резеф, — сказала Каена, когда он поймал ее, и исчезла подобно миражу.

Просто растворилась в воздухе прямо у него на глазах. Он даже взял ее за руку, но она… бросила его. Ему понадобилось немало времени, чтобы это осознать.

— Где Ее Высочество? — закричал кто-то и грубо сгреб Резефа за воротник. Он поднял абсолютно пустой взгляд на наглеца и увидел перекошенное лицо Рафаэля. Резеф кожей ощущал переполнявшую герцога ярость, сильную, обжигающе горячую.

Только тогда он пришел в чувства и смог понять, где находится. Лязг оружия, крики придворных, его слуги, снующие то тут, то нам… В этом хаосе недоставало только Каены.

— Куда ты дел ее? — закричал Резеф. — Куда ты спрятал мою сестру?!

Быть такого не могло, чтобы она взяла и исчезла. Наверняка этот чертов урод, стоящий перед ним, приложил к этому руку. Каена всегда поступала так, как хотела. Так случилось и сейчас.

— Ты заставил мою сестру покинуть дворец! Если бы не ты, она никогда бы меня не бросила! — зарычал Резеф, и его глаза налились кровью. Его лицо исказилось, став похожим на лицо демона, и из каждого его слова ядом сочилась ненависть. Он ринулся на Рафаэля с кулаками. — Верни ее! — впрочем, его удары не наносили особого вреда. — Верни мне сестру сейчас же!

Рафаэль усмирил свой гнев и успешно избегал ударов Резефа, однако в конце концов прописал ему кулаком прямо в лицо. Резеф завалился на ковер, сворачиваясь в клубочек, но на этом Рафаэль не остановился: он уселся на Резефа сверху, продолжая наносить удар за ударом. В гневе Рафаэль позабыл обо всяческих титулах и уважении и закричал:

— Это все ты! Ты заставил принцессу сбежать!

Рафаэля не волновало, что противником был принц. Видя реакцию Резефа, он удостоверился в том, что Каена исчезла. Она нашла лучший способ отомстить и претворила его в жизнь, и ее выбор действительно был лучшим: как только Резеф осознал, что его бросили, он окончательно поехал крышей.

— Почему это моя вина? — отчаянно заорал Резеф, и на его шее вздулись вены. — Почему я в этом виноват? Почему?!

Рафаэль откатился в сторону, чувствуя внезапную дурноту от завываний принца. Голова Резефа болела так сильно, будто готова была расколоться надвое. Его мир, казалось, рухнул, когда он осознал, что Каена исчезла и оставила его одного. Тот факт, что у нее не было выбора, делал его злость неконтролируемой, однако он не мог обратить время вспять.

Швыряясь всем, до чего только могли дотянуться руки, Резеф закричал:

— Что я сделал? Почему все обвиняют меня?!

В этой дикой атмосфере рыцари и придворные давно ретировались из спальни. Внутри остались только принц и герцог; оба потеряли Каену.

Рафаэль увидел дневник, валяющийся на полу: он совсем не выглядел подходящим этому месту. Терзаемый странным предчувствием, он поднял его и застонал, увидев содержимое — это был дневник покойной императрицы. Каена обо всем узнала.

— Я всего лишь просил тебя быть на мой стороне, я бы дал тебе все, чего бы ты ни пожелала? Почему ты не послушалась меня?!

— Читай, — рявкнул Рафаэль, швырнув дневник перед стенающим Резефом.

Резеф, сгорающий от ярости, посмотрел перед собой. Эту тетрадь призвала Каена. Была ли она причиной тому, что Каена исчезла? Он быстро открыл и пролистал страницы. Постепенно его начало трясти, а пальцы, наоборот, только крепче сжались на дневнике. Он перевернул последнюю страницу и, прочитав оставшуюся запись, захотел разорвать листы в клочья.

«Кажется, он обо всем узнал».

Этими словами заканчивался дневник.

Резеф несколько долгих мгновений сидел на шевелясь, а после со всей дури швырнул дневник в стену. Тот врезался в украшения на каминной полке и шлепнулся на пол.

Он по-звериному завыл. Он орал, швырялся предметами и уничтожал все, что попадалось на пути. Ему было все равно, когда его руки, израненные осколками стекла, начали истекать кровью.

Только немного придя в чувства, Резеф начал понимать, что его старшая сестра больше не придет, чтобы успокоить его. Он рухнул на колени как подкошенный. Резеф осознал, почему Каена говорила с ним подобным образом, почему внезапно расплакалась и стала его жалеть.

Он своим руками уничтожал каждую ее попытку исправить их отношения.