Злодейка-марионетка (Новелла) - Глава 24

С момента возвращения Каены во дворце принцессы царила тишина, похожая на огромного хищного зверя, затаившегося в засаде. Люди, которые не понимали значения этой тишины, ошибочно принимали её за воцарившееся спокойствие.

Вера была другой – она держала ухо востро. У неё на руках были билеты в первый ряд, с которого она могла наблюдать за приближением шторма к дворцу.

И сейчас она увидела его воочию.

Каена, ещё совсем недавно потерявшая сознание из-за приступа аллергии, встала с кровати как ни в чем не бывало. Энни и Донна стерегли дверь. Окна были зашторены, в то время как комната освещалась зажжёнными свечами.

— Вера, – позвала ее Каена.

Вера спешно подошла к кровати, опустилась на колени и с величайшей осторожностью взяла руку Каены в свою.

— Я знаю, что твоя семья до последнего будет поддерживать Резефа.

Вера не удивилась тому, что Каена уже знает о её принадлежности к людям Резефа.

Странным образом ей казалось, что новая Каена знала всё.

— Я собираюсь сделать Резефа императором.

— …

Вера сглотнула, чувствуя, как у неё пересохло во рту. Разве могли быть слова более пугающие, чем эти? Однако Каена произнесла их вслух с той же легкостью, с которой говорила о закусках для послеобеденного чая.

— Если ты последуешь за мной, это не будет считаться предательством.

— …Ваше Высочество.

— В Резефе нет деликатности. Даже если ты вывернешь свою душу наизнанку ради него, он не никогда не даст то, что тебе нужно.

Слышать об этом было больно.

Вера зашла так далеко, преследуя свою надежду. Она всегда беспокоилась на этот счет – мысли о том, что все её действия были для Резефа не более, чем пылью под ногами, не оставляли её ни на секунду.

Каждый раз, когда подобное случалось, она закрывала глаза, обвиняя своё слабое человеческое сердце.

– Получения звания и получение титула – это совершенно разные вещи.

Получить титул было непросто. Для этого недостаточно было просто сказать: «Я назначаю тебя бароном» – надо было пройти сложный юридический процесс.

Однако Вера отчаянно нуждалась в титуле, поэтому вкладывала всю себя, выполняя даже самые сложные задания.

– Я знаю, что тебя хотели выдать замуж за твоего кузена, и вместо того, чтобы сбежать, ты стала моей придворной леди – равноценная замена побегу.

– Как!..

Вера с изумлением посмотрела на Каену.

– Мне известно, что этот бесстыжий человек хочет сделать тебя хозяйкой дома, а твоих младших сестер – наложницами.

На её лице не было и тени беспокойства. То, с какой легкостью она раскрыла прошлое Веры, ужасало.

Вера замолчала.

– Тебе нужен титул, чтобы освободить своих сестер, верно?

Каена погладила Веру по голове.

Исполнительная и искренняя придворная дама взваливала на себя слишком много обязанностей. Она восстала против недалёких родителей и отправилась в холодный, бесчувственный дворец только для того, чтобы защитить своих младших.

Ей было всего лишь двадцать пять лет. Она всё ещё была слишком молода, чтобы тащить на себе тяжесть неподъемного груза.

Во второй своей жизни Каена столкнулась примерно с такой же ситуацией. Она прекрасно помнила, как страдала, ухаживая за больной матерью. Хотя её уже тогда можно было считать женщиной, она всё равно была слишком юна, чтобы справляться со всем в одиночку.

Теперь Каена позиционировала себя защитницей Веры.

– Тебе больше ни о чём не нужно беспокоиться.

Вера прикрыла глаза.

Слезы хлынули по щекам. Чувство облегчения затопило её сердце.

– …Мои сестры всё ещё маленькие.

– Я понимаю.

– Отец считает нас разменными монетами.

Эта мысль была широко распространена среди дворян.

Заплаканная, Вера сказала:

– Ни я, ни мои младшие сестры не могут служить дому надежной опорой.

Она была убеждена, что Каена поймет её чувства лучше, чем кто бы то ни было.

Потому что Каена была изолирована своими родственниками от всего мира, и император вместе с принцем Резефом крутили ей как хотели.

Каена улыбнулась. В её улыбке было столько боли, что Вера подумала, что принцессе, должно быть, ещё хуже, чем ей самой. Она, по крайней мере, могла освободиться из-под гнета, получив титул.

Но что насчет Каены?

Вера взяла себя в руки и, когда её слезы высохли, спросила:

– Ваше Высочество, что вы собираетесь делать?

Её голос звучал нетерпеливо и решительно.

Каена рассказала план, который уже созрел в её голове.

– У меня есть платья, которые выглядят старыми и поношенными?

Придворные наблюдали за сложившейся картиной.

Совсем недавно пришедшая в себя после аллергической реакции Каена в скромном платье, больше похожем на пижаму, стояла на коленях.

– Ваше Высочество, Вам не следует…

Придворные служащие и рыцари были в замешательстве. Принцесса стояла на коленях посреди замка, и они не могли просто так пройти мимо неё! Все они оказались запертыми в ловушке.

Лицо Каены было полно горечи. Она выглядела как ребенок, потерявший своего брата. Вера, единственная сопровождавшая её придворная дама, пыталась её переубедить.

– Ваше Высочество, это может превратиться в настоящую проблему!..

Но принцесса, казалось, не собиралась отступать, и придворные смутились еще больше.

Конечно, дворяне, которые поддерживали Резефа, были рады этой картине сильнее прочих.

Зенон проводил срочное совещание по поводу безвременного заключения Резефа. В это время один из его сторонников поделился новостью о действиях Каены.

— Это странно. С чего бы принцессе помогать нам?

Каена помогала им и раньше, но не по своей воле – скорее, из-за манипуляций Резефа. Впервые Каена предприняла какие-то действия самостоятельно.

Зенон был единственным, в чьих глазах плескалось подозрение, в то время как все остальные радовались.

«Она и правда делает это ради принца Резефа?»

Если бы это была прошлая Каена, Зенон мог бы спокойно рассчитывать на её помощь.

Но сейчас ситуация складывалась совершенно другая.

Всех придворных дам Каены вышвырнули из дворца. Влияние Резефа существенно уменьшилось. Вдобавок ко всему, император разгневался на Резефа и отправил его в заключение. А Каена не потеряла ровным счетом ничего.

Наоборот, она получила полное право самостоятельно выбрать придворных дам.

Невольно напрашивалась мысль, что Каена всё подстроила.

«А действительно ли она попробовала печенье тогда?»

Даже такие мысли возникали в голове Зенона.

«Нет, это бессмысленно. Что было, то прошло».

В любом случае, раз она сейчас стоит на коленях ради Резефа, эту возможность надо использовать.

— Как отреагировал Его Величество?

— Говорят, что он и пальцем не пошевелил.

Они всерьёз задумались: а не придется ли ждать, пока гнев императора окончательно не утихнет?

Зенон сделал шаг назад и сказал:

— Если мы не решим проблему сегодня, чаша весов склонится в сторону эрцгерцога Хайнриха.

— Верно. Мы не можем бездарно тратить время, пора действовать!

— Ваше Величество, что вы делаете?

Этот вопрос касался Каены, которая все ещё стояла в коридоре на коленях.

— Как долго она там стоит?

— Уже три часа.

Каена в своем тонком поношенном платье стояла на коленях уже три часа.

— Доктор сказал, что она снова может слечь, если продолжит в том же духе.

Затем слуга вошел в покои и сказал:

— Ваше Высочество, группа дворян просит Вашей аудиенции.

Он перечислил имена нескольких влиятельных дворян, включая Зенона Эванса.

— Понятно. Они не упустят своей возможности.

Очевидно, что Каена дала им шанс. Император кивнул и сказал:

— Впустите их.

Как только дверь открылась, в покои вошли двенадцать дворян, которые немедленно преклонили колени.

— Ваше Величество! Просим Вас, пожалуйста, пожалейте Её Высочество принцессу!

Ледяной взгляд голубых глаз императора прошелся по коленопреклоненным дворянам.

— Вы думаете, что находитесь в своем праве, жалея принцессу?

— Вы не так поняли! Безусловно, Его Высочество совершил ошибку, не сумев совладать с придворными дамами, но это переходит все границы!

— Это я перехожу границы?

Они уже не боялись его так, как раньше. Скорее, в их глазах отец, собственноручно сдавший своего сына под стражу, заслуживал упрека.

— Пожалуйста, подумайте еще раз, Ваше Величество! – прокричали они, склонив головы. Так они демонстрировали свою непреклонность.

Даже император не мог целиком и полностью игнорировать слова влиятельных дворян, собравшихся здесь.

В покои ворвался слуга, который что-то шепнул на ухо старшему помощнику.

Помощник склонил голову, словно заранее извиняясь, и произнес:

— Ваше Величество, Её Высочество снова упала в обморок. Сейчас её осматривает доктор.

Дворяне горестно взвыли в голос.

— Ваше Величество!

Император открыл рот, наблюдая за дворянами, движимыми единой мыслью, – все они вели себя одинаково отвратительно.

— Я ещё не принял решения по поводу наказания принца.

— Ваше Величество, просим прощения?

Дворяне замерли, ошеломленные.

Император повернулся к Людену и произнес:

— Резеф будет помещён на испытательный срок на десять дней, – потом, взглянув на дворян, добавил: – Скоро выйдет официальный указ. Вы все свободны.