Злодейка-марионетка (Новелла) - Глава 32

Но и это еще не все. Зенон вернулся в покои Резефа после долгого отсутствия, и Резеф отчетливо ощутил исходящий от него тонкий аромат — такой же источала курильница в спальне Каены.

— Так ты встречался с моей сестрой.

«Как он узнал?»

В данный момент у Резефа не было никого, кто мог бы докладывать о ситуации снаружи. Даже рыцари, расставленные вокруг его комнаты, не осмеливались зайти в покои принца без уважительной причины. Но, несмотря на совокупность этих факторов, каким-то чудесным образом Резеф определил, что Зенон недавно встречался с Каеной.

По спине Зенона пробежались мурашки.

В данный момент он все еще оставался под влиянием очарования Каены, однако уже пытался взвешивать все за и против. Зенон не собирался уступать принцессе, равно как и помогать ей укреплять отношения с принцем Резефом.

Впрочем, Зенона не отпускало предчувствие, что Резефу не составит труда вынуть меч из ножен в случае неправильного ответа.

— Ее Высочество приходила увидеться с Вами немного ранее.

Зенон просто хотел выставить Каену в немного более лучшем свете перед Резефом, вот и все.

— Она очень беспокоилась о Вашем состоянии и здоровье, но рыцари не пустили ее к Вам, и она вернулась обратно во дворец.

Смешно. Зенон, который ранее ни во что не ставил принцессу, просто потому что она была женщиной, сейчас изо всех защищал ее.

— …Так ли это?

Резеф был порывист и жесток, но не глуп. Он быстро понял, что Зенон вел себя странно. Что-то случилось между ним и Каеной? Резеф неожиданно осознал, что контроль над ситуацией, который, как ему казалось, всегда был в его руках, вдруг стал исчезать, как песок, высыпающийся через пальцы.

— Я позову тебя, если мне что-то понадобится. Можешь идти.

— Хорошо.

Спустя некоторое время после того, как Зенон покинул комнату, Резеф позвал другого помощника.

— Глаз не спускай с Зенона Эванса.

— Слушаюсь.

Резеф будто по привычке спросил:

— Чем занята моя сестра?

— Ее Высочество отправилась на прогулку.

— Разве ты не должен сказать мне, куда именно?

— Глубоко извиняюсь, Ваше Высочество. Я сейчас же узнаю об этом.

С непроницаемым выражением лица Резеф схватил подсвечник и швырнул его в помощника. Подсвечник прилетел ему прямо в голову, но, несмотря на это, слуга не разогнулся, продолжая стоять в поклоне.

Затем, будто бы ничего и не случилось, Резеф продолжил беспечным тоном:

— Разузнай, куда именно она отправилась.

— Слушаюсь.

— И, я надеюсь, ты все еще подмешиваешь яд в чай отца?

— Так точно.

Император всегда запивал горький привкус лекарств сладким чаем. Резеф уже продумал трюк с серебряной ложкой — она не темнела, даже когда попадала в ядовитый чай. Именно по этой причине император никак не мог выздороветь.

— Увеличь дозу.

Помощник склонился еще глубже. Кровь стекала с его разбитой головы на пол. Он вышел из покоев Резефа, отправившись выполнять приказ.

Резеф утомленно прикрыл глаза. С этим всем еще можно было справиться. Он должен был быть спокоен. Он все еще верил, что Каена безраздельно принадлежала ему. Умиротворение и счастье, которые она демонстрировала, находясь рядом с ним, не могли быть поддельными.

Она хотела выйти замуж по своей воле? Что ж, Резеф поможет ей. Правда, он не может гарантировать, что ее муж надолго останется в целости и сохранности.

Каена принадлежала ему. Она всегда находилась под его контролем и останется там до конца.

— Она встречалась с сэром Рафаэлем в Императорской библиотеке… — озвучил свои наблюдения помощник, следовавший за Каеной по пятам.

Рафаэль Кедри. Человека, до которого Резеф не смог бы дотянуться, даже будучи императором. Если Каена стала бы его женой, она бы покинула зону влияния Резефа. Неужели она собиралась, снизив бдительность Резефа, вонзить нож в его спину?

Резеф был согласен — было бы неплохо иметь Рафаэля на своей стороне в качестве союзника. Однако он не мог позволить Рафаэлю забрать то, что принадлежало ему по праву. Резеф был охвачен одержимостью, граничащей с помешательством.

Принц открыл секретный проход, ведущий за пределы его дворца. Он должен был немедленно узнать, что испытывает Каена в данный момент.

Он вошел в покои сестры через потайной ход. Их разделял один лишь гобелен, висящий на стене. В тот же момент Каена спросила слегка сдавленным голосом:

— Почему бы тебе не прекратить прямо сейчас, Резеф?

Она смотрела прямо туда, где он скрывался. Резеф послушно вышел из-за гобелена. Его волосы были слегка мокрыми, потому что после того, как он покинул свой дворец, он некоторое время шел под дождем.

Каена поднялась на ноги. Она взяла сухое полотенце с полки и протянула его Резефу, который в ответ лишь холодно взглянул на нее из-под челки. У Каены не оставалось другого выхода, кроме как вытереть его волосы самой.

Шлеп!

Резеф откинул ее руку, и полотенце упало на пол.

Вздохнув, Каена сказала:

— Такими темпами ты заболеешь.

Резеф издал смешок, затем ухмыльнулся.

— Или, быть может, ты хочешь выпить чаю? — спросила она, несмотря на то что отказ был очевиден.

Резеф укорил ее ледяным тоном:

— И как тебе вообще хватает смелости говорить нечто подобное?

Каена резко ощутила, что устала.

Она впервые вышла за пределы дворца и тут же нос к носу столкнулась с мужем из своей первой жизни. Болезненные воспоминания о том, как она строчила письма Резефу, умоляя спасти ее, всплыли в мыслях во всех подробностях. Принцесса словно вернулась в те дни, ощущая опустошающее отчаяние, которое накрыло ее с головой, когда она осознала, что Резеф не ответит ни на одно из бесчисленных писем, отправленных ему.

Но Каена пыталась абстрагироваться от воспоминаний. Это прошлое больше не существовало. Оно было наказанием за то, что старая Каена вела себя как злодейка, поэтому она сглатывала горечь, появлявшуюся на языке.

Она твердила себе, что их с Резефом слишком сильно изломали еще в детстве, поэтому они не могли поступать иначе. Ее брат, стоящий перед ней сейчас, так молод. Каена хотела верить, что у него был шанс измениться к лучшему.

Их обоих еще можно было спасти. Они могли быть просто братом и сестрой, имеющими немного скверный характер, а не злодеем и злодейкой.

Так она думала.

Каена заботливо произнесла:

— Тогда что я должна сказать?

Она попыталась поднять полотенце с пола, но Резеф схватил ее за руку так, что она не смогла сдвинуться с места. Каена нахмурилась от боли.

— Ты действительно хочешь выйти замуж? Поэтому пошла сегодня на встречу с Рафаэлем Кедри?

— Это было просто совпадение.

— Конечно же совпадение, сестра.

По лицу Резефа можно было понять, что он ей не верит. Каена поняла, что Резеф, переполненный гневом и недоверием, не поверил бы ни единому ее слову.

— Почему ты молчишь? Тебе всего лишь нужно сказать, что все идет по какому-то твоему плану. В соответствии с которым ты, например, избавилась ото всех людей в своем дворце.

«Включая меня».

Резеф еще крепче стиснул запястье Каены, и она тихо застонала.

— Мне больно, Резеф.

Он неверяще рассмеялся и отпустил ее руку, а после схватил ее за шею. Их глаза встретились.

— Моя прекрасная старшая сестра. Я не люблю, когда мне бросают вызов.

Это Каена уже знала.

— Более того, я не могу оставить у себя под боком потенциальную угрозу, — произнес Резеф, и его пальцы крепче сжались на стройной шее. — Если я захочу, то запросто смогу избавиться от тебя, потому что стану следующим императором.

Каена, на горле которой все еще лежали руки Резефа, сдавленно произнесла:

— Хорошо. Тогда убей меня.

Резеф застыл.

— …Что?

— Не страшно, если ты убьешь меня. Как ты и сказал, ты можешь избавиться от меня в любой момент. Мне прекрасно это известно, — слабо улыбнулась Каена.

Затем она положила свои руки на ладони Резефа, стискивающие ее шею, и сдавила их так сильно, что на изящных ухоженных кистях проступили вены.

— …Ты с ума сошла?! — заорал Резеф и отбросил ее руки. На тонкой шее уже проступали уродливые красные пятна.

Каена прокашлялась, а затем снова произнесла менторским тоном, будто поучала своего младшего брата:

— Почему ты кричишь? Разве ты не знаешь, что случится, если кто-нибудь поймет, что ты здесь?

Ее спокойствие ужасало.

Резеф подумал, что Каена стала вести себя более зрело — спокойнее, доброжелательнее и рассудительнее.

— Ты в своем уме? — с искренним негодованием спросил он.

Казалось, будто Каена сошла с ума. Гнев, бурливший в Резефе, постепенно начал утихать. Каене, однако, было все равно. Она вновь взяла Резефа за руку, молчаливо советуя ему поторопиться. Он грубо оттолкнул ее, и Каена рухнула на пол.

— Прекрати!

Она как ни в чем не бывало встала на ноги, приглаживая растрепавшиеся волосы.

— Что с тобой? Почему ты не душишь меня?

— …

Резеф не мог ей ответить.

Они стояли лицом к лицу. Странное напряжение наполняло комнату. Резеф ощущал себя неловко и нелепо, стоя напротив старшей сестры. Она определенно продавливала его своей волей и выглядела спокойной — в выражении ее лица не было ни единого признака насмешки.

Резеф никогда не мешкал — приходя в ярость, он сразу доставал меч. Но сейчас он не хотел дотрагиваться до Каены даже кончиком пальца. Этот факт ранил его гордость и сильно смущал.

«Должно быть, все уже заметили, что Резеф здесь».

Талантливые и понятливые слуги Каены наверняка знали, что происходит. Резеф уже несколько раз повышал голос, но никто так и не пришел проверить, что происходит. Более того, Вера, которая ушла набирать ванную, все еще не вернулась. Видимо, она позаботилась о приватности их разговора.

Каена не собиралась продолжать бессмысленное противостояние. Она спросила мягким, успокаивающим голосом:

— Не хочешь ли ты теперь поговорить?