Злодейка-марионетка (Новелла) - Глава 48

Впервые за долгое время Джереми был преисполнен мотивации.

«Как много лет прошло с момента, как господин был чем-то заинтересован?»

Джереми всегда тенью следовал за Рафаэлем — даже их расписания почти постоянно совпадали. Однако сегодня Джереми не сопровождал его на встречу с принцессой; вместо этого он проводил расследование касательно Хенвертона Джиллиана, будучи в восторге от того, что Рафаэль хоть к чему-то проявил интерес.

«Если подумать, он довольно сильно изменился в последнее время».

Рафаэль был человеком, у которого не было ни желаний, ни интересов. Он никогда ничем не заинтересовывался и жил исключительно скучной жизнью, и то только потому, что по какой-то причине все еще был жив. Для Джереми это было трагедией. Хотя между ними была большая разница в возрасте, Джереми прекрасно видел, каким покинутым рос Рафаэль.

Герцогиня растила Рафаэля как идеального наследника и держала сына в ежовых рукавицах. Более того, в один момент его отец, герцог Лео, впал в депрессию и стал злоупотреблять алкоголем. Он много пил и жестоко обращался с Рафаэлем.

Воспоминания о десятилетнем мальчике все еще были свежи в памяти Джереми.

— Эти чертовы черные волосы! И красные глаза! Убирайся с глаз моих!

Джереми до сих пор снились пустые глаза Рафаэля, крепко сжимавшего в тонких пальцах подарок на день рождения отца. Он был помощником Рафаэля и его рыцарем, поэтому видел злобу герцога из первых рядов. Глаза герцога смотрели на Рафаэля как на прокаженного, с губ срывались жестокие слова, а руки швыряли в маленького ребенка вещи. Это было ненормально и неправильно.

Герцог вел себя так, словно Рафаэль был ему не сыном, а врагом.

Гнев вспыхнул внутри. Как мог он так вести себя по отношению к ребенку, который не видел его в течение долгого времени, который на собственные деньги приобрел подарок на день рождения только для того, чтобы порадовать родного отца? Испытывая сожаление, Джереми уже хотел было сделать шаг вперед и вступиться за Рафаэля — он вовсе не боялся наказания.

— Я извиняюсь, отец, — спокойно произнес Рафаэль, преграждая Джереми путь. Он вовсе не был расстроен — выражение его лица так и говорило, что примерно этого он и ожидал. Он бросил яркий голубой топаз, приготовленный в качестве подарка, в клумбу — эта пуговица была выбрана потому, что напоминала цвет глаз отца.

— Вы в порядке? — спросил Джереми.

— Кажется, мой отец очень сильно ненавидит всех Кедри без исключения, — ответил Рафаэль сухим, недетским голосом. После этого он больше не ходил к отцу.

Джереми не знал, почему это разбило ему сердце. Он думал, это было потому, что ему хотелось как-то утешить молодого наследника. Он крепко взял Рафаэля за руку, бормоча что-то о том, что вкусная еда должна взбодрить его. Однако Рафаэль побледнел и начал трястись.

Так все и началось. С того дня Рафаэль часто чувствовал себя больным и расстроенным без видимой на то причины. Все доктора говорили, что он в порядке.

— Все его показатели в пределах нормы.

— Ему нужно побольше спать…

Они паниковали, не в силах найти корень всех проблем состояния молодого господина. Герцогиня не могла пустить все на самотек. По мере того, как появлялось все больше и больше симптомов, врачи сменяли друг друга, а Рафаэль становился все менее и менее общительным.

В один день, когда атмосфера в герцогстве стала совсем невыносимой, Рафаэль, выглядевший нормально, сказал:

— Я в порядке. Думаю, моя чувствительность просто почему-то увеличилась.

После этого он ни разу не выворачивал свои внутренности наизнанку и выглядел как ни в чем не бывало. Жители герцогства, уставшие ходить по тонкому льду, быстро поверили ему, однако Джереми все еще часто видел, как лицо Рафаэля бледнело.

«Может быть, господин…»

— Помощник Джереми.

Джереми, утопавший в воспоминаниях, поднял голову.

— …Ах. Как прошло расследование?

— Вот результаты о недавних действиях Хенвертона Джиллиана и его приспешников, — сказал слуга с серьезным выражением лица, передавая Джереми бумаги.

Впервые услышав о Хенвертоне Джиллиане, Джереми сразу и думать о нем забыл. Джиллианы были богатой семьей, так что все, чего Джереми ожидал — это небольшие темные пятна на их биографии. Однако по мере прочтения документов выражение его лица становилось все холоднее и холоднее.

— Собери отчеты других групп расследования и приготовь документы как можно скорее. Мы должны отчитаться молодому господину.

Джереми отправился в покои Рафаэля сразу, как только тот прибыл на виллу.

— Вот отчеты, которые Вы просили.

Рафаэль надел привычные рубиновые запонки и забрал документы.

— Вы все, покиньте комнату.

Он пробежался взглядом по отчетам.

Хенвертон Джиллиан прожил в столице около пяти лет. Он вел активную социальную жизнь, а также разорвал помолвку около месяца назад — ничего необычного. Общался с дворянами и представителями буржуазии низкого класса, вместе они создали тайный клуб джентльменов.

Проблема заключалась именно в нем.

— Самое активное место торговли наркотиками в столице…

Законами Империи торговля наркотиками была запрещена, и наказание за нарушение закона было суровым. Джереми кивнул.

— Мы проверили заграничные каналы, по которым в Империю ввозится огромное количество контрабандных наркотиков, но ни один из них не имеет отношения к клубу джентльменов.

Вывод лежал на поверхности.

— Значит, они производят наркотики на территории Империи.

— Я уже отправил людей отслеживать их перемещения.

Только на наркотиках дело не заканчивалось. Торговля людьми, незаконные азартные игры, подпольные бои и даже убийства — все концы вели к тайному клубу джентльменов. Хотя расследование герцогства Кедри отличалось своей дотошностью, даже для них было сложно найти так много грязи за короткий промежуток времени. Это значило только одно — преступлений было так много, что их нельзя было даже скрыть.

Империя относилась к таким инцидентам спустя рукава — на практике было очень сложно обвинить в чем-то дворян, числившихся в клубе. Однако реакция Каены все еще беспокоила Рафаэля, и кусочки паззла, обнаруженные при расследовании, встали на свои места.

Рафаэль отложил отчет на стол. Выражение лица Джереми было далеко от доброжелательного. Тем не менее, виконтство Джиллиан являлось вассалом Кедри, и с их состоянием, накопленным при торговле боевыми конями, надо было считаться. Суть этого бизнеса не позволяла действовать опрометчиво, потому что одним из главных преимуществ военной мощи Кедри была кавалерия.

— Последнее время он демонстрирует сильную одержимость Ее Высочеством, — добавил Джереми. Рафаэль поднял голову; его взгляд был холоднее обычного. Джереми продолжил: — Мы также добыли доказательства того, что он пытается породниться с императорской семьей, поэтому находится в контакте сразу с двумя кандидатами на трон.

Резеф и Хайнрих вне всяких сомнений были заинтересованы в бизнесе Джиллиана, который являлся лакомым для них кусочком.

— Что Вы будете делать?

Тогда, в императорской библиотеке, Рафаэль заметил в глазах Хенвертона скрытое желание — грязную, омерзительную одержимость принцессой. Рафаэля замутило, он ощутил отвращение. Ему впервые в жизни захотелось избавиться от этого человека сию же секунду. Рафаэль придумал быстрый, наиболее эффективный способ решения проблемы.

— Пожалуй, стоит вынести мусор, пока от него не начало дурно пахнуть.

Если человек не собирается вставать на путь искупления, от него надо избавиться незамедлительно. Только тогда он не создаст никаких проблем.

Джереми вздрогнул на слове «вынести» и, испытывая напряжение, спросил:

— Прошу прощения? Что Вы подразумеваете под «вынести»?

— Избавься от Хенвертона Джиллиана, — спокойно произнес Рафаэль, будто его спрашивали о том, где именно находится вышеупомянутый мусор.

— Господин, — произнес Джереми. Боль пульсировала в его висках. — Конечно, этот человек ужасен, но мы не можем просто так избавиться от дворянина высокого ранга.

— …Мы можем убить его тайно, — предложил Рафаэль, слегка хмурясь.

— Если наследник виконтства Джиллиан внезапно умрет, это вызовет подозрения. Помимо этого, семья Джиллианов — вассал…

— Это к слову пришлось, — сказал Рафаэль, махнув рукой.

«Ложь».

Любой мог понять, что слова эти были сказаны неспроста. Однако господин быстро притворился, что ничего не случилось. Это было странно, и в одночасье Джереми ощутил, будто постарел на десяток лет. Тем не менее, сейчас он чувствовал облегчение, что ему не нужно было следовать приказу.

«Он всегда довольно хладнокровен, а сейчас ведет себя иначе…»

Возможно, причина была в том, что ситуация затрагивала и принцессу тоже? Джереми со странным выражением лица взглянул на Рафаэля.

— Продолжай следить за Хенвертоном.

— Да, господин.