Злодейка-марионетка (Новелла) - Глава 7

Глаза Веры широко распахнулись.

Каена впервые отзывалась о Рафаэле Кедри безо всякого энтузиазма.

Ни для кого не было секретом, что отношения между императором и герцогом Кедри были натянутые. Хоть настоящая причина такой неприязни была неизвестна, щенячий восторг принцессы, который она каждый раз выказывала по отношению к Рафаэлю, действовал императору на нервы.

— Если лорд Кедри станет зятем императора, то с распределением власти будут проблемы.

Вывод лежал на поверхности, но проблема была в том, что Каена никогда до этого дня не подмечала этого факта.

Вера тихонько подлила чая в кружку принцессы и глянула на безмятежное лицо девушки.

Каена скрыла умиротворенную улыбку за чашкой чая. Доклад на столе Резефа надолго не задержится. Ее слова точно передадут самому императору.

— До этого дня я была слишком упряма и бесцеремонна, ведь не понимала замыслов отца.

Чем маниакальней Каена желала Рафаэля, тем больше проблем она приносила окружающим. Она самовольно вторглась в его дом, а затем призвала его во дворец. Ну, на самом деле, Рафаэля во дворец призвал император, уставший от ежедневных упрашиваний принцессы.

Естественно, сделал он это, в первую очередь, не ради Каены, а чтобы унизить семью Кедри и сломить дух их будущего лорда.

— Но ведь он исполнял Ваши просьбы, значит, Ваше поведение было вполне достойным.

Про себя Каена согласилась со словами Веры, но ради игры на публику нахмурилась.

— Я ведь императорская принцесса, неужели ты думаешь, что я могла неправильно расценить свое поведение? А теперь я должна хоть немного искупить свои недостойные поступки.

— Что Вы собираетесь сделать?

— Для начала, мне придется подправить платье, предназначенное для церемонии совершеннолетия.

Вера склонила голову к плечу, услышав столь странную фразу, которая, казалось бы, никак не была связана с темой разговора.

— Откройте гардеробную.

Вскоре должен был состояться банкет в честь совершеннолетия Каены. Платье для этого торжества было приготовлено давным-давно, но принцесса решила внести исправления в свой наряд, чтобы этот вечер пошел ей на пользу.

— Не хотите платье с глубоким вырезом на спине, чтобы показать Ваши плечи во всей красе? — спросила Вера.

Осмотрев наряд, Каена покачала головой.

— Не подходит, слишком открытое.

Она уже нарисовала идеальную картинку в своем воображении.

«Марионетка должна выглядеть как марионетка».

Каена хотела подобрать платье, которое бы изобиловало изысканным кружевом, прям как типичные наряды для куколок. Ей нужно было показать всему свету, насколько она печется о своей красоте.

Принцесса оценила свое отражение в зеркале и кивнула.

— Вы как всегда очаровательны, Вы будете блистать ярче всех на банкете, Ваше Императорское Высочество!

Окружающие всеми силами превозносили ее ослепительную внешность. Но Вера все то время, пока она помогала Каене переодеваться, думала о другом:

«Все так радуются, что Ее Высочество стала такой послушной, но она никогда не была настолько благовоспитанной».

Аура Каены и ее поведение кардинально изменились. Не так давно принцесса была так добра к окружающим, что теперь все слуги хотели перейти на ее сторону.

Ее кроткость и пассивность создавали впечатление, что всю инициативу она передает в руки собеседника, но все это скорее напоминало ситуацию, когда взрослый дает ребенку конфетку, которая исчезнет через пару мгновений.

«После отравления, даже ее манера речи стала более утонченной».

Казалось, будто только Вера заметила все эти перемены. Она незаметно наблюдала за Каеной ежесекундно.

Принцесса была прекрасно осведомлена о тревогах своей придворной дамы.

«Вера надежна, но в то же время честолюбива».

Среди придворных дам в ее дворце только Вера была достойна внимания девушки. Каена хотела усмирить ее волнения, поэтому она позволяла женщине следить за ней, сколько ее душе будет угодно.

Принцесса примерила последнее платье. Об этом наряде Каена заботилась с особой любовью, его она и собиралась надеть на церемонию совершеннолетия.

Каена до безумия любила розы, ей нравилось носить платья, расшитые этими цветами. Поэтому этот наряд так сильно пришелся ей по вкусу.

— Божечки, Вы прям как куколка!

Ее придворные дамы, как и обычно, устроили балаган. Привычная им Каена просто обожала такие комплименты.

Вера прикусила уголок рта, чтобы не рассмеяться.

Их госпоже явно больше не нравились подобные похвальбы.

Как и ожидалось, принцесса тихо улыбнулась, на ее лице не было видно ни тени гордости или самовлюбленности.

«Она и вправду изменилась».

Вере было искренне интересно, что значили все эти перемены. Ей очень хотелось раскрыть истинные намерения Каены.

Станет ли Каена хорошей госпожой? Стоит ли встать на ее сторону?

Многие семьи умирали лишь из-за того, что решили поддержать не того члена императорской семьи. Вере нужно было быть очень осторожной.

Женщина ясно видела, что Резеф точно когда-нибудь станет императором, несмотря на все помехи и препятствия. Это был очень важный выбор, ошибиться было нельзя.

И сейчас необычайно проницательная Вера заново оценивала принцессу.

— Вышитые розы прекрасно смотрятся на платье, не оставляя послевкусия чрезмерной напыщенности.

— Это платье менять не надо.

— Я отошлю прочие наряды портному, Ваше Высочество.

Каена кивнула. Затем она посмотрела в зеркало и подняла руку вверх. Казалось, будто к ее конечностям прикреплены тонкие нити, которые всецело контролировали ее движения.

Такой вид прекрасно ей подходил.

«На протяжении всей жизни мной манипулировали».

Раньше она и не догадывалась, что стала марионеткой, висящей на тонких нитях кукловода. Принцессе было невдомек, что власть в ее руках принадлежит другому человеку.

«Когда-то я думала, что двигаюсь по своей воле».

Но больше она не поддастся этой иллюзии, жизнь уже преподнесла ей слишком много жестоких уроков. Каена больше не собиралась наступать на одни и те же грабли.

«Я буду жить своей жизнью».

Ее рука безвольно упала вниз, будто сверху обрезали удерживающую ее нить.

— Мне нужно переодеться.

Каена сняла платье и обрядилась в повседневный наряд.

— Где Резеф? — спросила она.

— Он до сих пор вне дворца, Ваше Высочество.

В последнее время брат был занят по горло, ведь сейчас борьба за титул кронпринца между ним и сыном эрцгерцога Хайнриха была в самом разгаре.

«Резеф, неужели ты решил повысить мою ценность, рассчитывая на то, что это укрепит твою власть?»

Хоть принц в итоге и стал деспотичным императором, сейчас ему было всего 18 лет. Ребенок, да и только.

Каена же лишь внешне была юной девушкой, ведь она уже прожила две жизни. Принцесса за это время испытала множество ужасающих тягот и горестей, поэтому в ее глазах Резеф был неопытным младенцем.

«Он даже не думает о том, что вокруг меня есть и другие люди, силу которых я могу позаимствовать. Какой же ты простофиля».

— Мне нужно встретиться с императором, — обратилась к Вере Каена.

Император Эрдемской империи, Эстебан Хилл, лежа в кровати принимал лекарство. Выпив полагающееся, он безжизненным взглядом посмотрел на свою дочь, Каену.

— Кто бы мог подумать, что ты сама придешь в мои покои… Наверняка ты пожаловала сюда по особенному поводу.

От его слов принцесса сжала край платья в своих руках. Присев в реверансе, она сказала:

— Простите меня за столь недостойное поведение, Ваше Величество.

— Хватит.

Императору от этих слов было хоть бы хны. Голос его был холоден, словно зимняя стужа. Он прекрасно знал, что такой тон заденет Каену за живое.

Его дочь была круглой дурой. Он пристально наблюдал за принцессой, раздумывая, когда же она придет в себя, как вдруг принцесса заговорила вновь:

— Хоть прошлого не исправить, прошу, отнеситесь с добротой к родной дочери, что сейчас пытается исполнить свой долг, как Ваш послушный ребенок.

Ее слова услаждали слух. Обычно в речи Каены не встречалось таких элегантных оборотов.

Император удивленно приподнял брови. Принцесса подошла к нему ближе.

— В последнее время Вы наверняка много переживали из-за меня, — сказала она.

Не имело особого значения, действительно ли император волновался за нее или нет. Главным было показать, что Каена думает о своем отце и его благополучии.

— Я пришла поприветствовать Вас, чтобы у Вас не было повода для беспокойства. Я почти полностью оправилась.

Принцесса взяла из рук доверенного слуги императора поднос с чайником и кружками. С помощью серебряной ложки она напоила отца чаем, причем в движениях девушки не виднелось ни капли фальши.

«Неужто слухи были правдивыми?»

Ему докладывали о том, что после отравления поведение Каены претерпело значительные изменения. Слуги говорили, что теперь все ее слова и жесты были наполнены великодушием и состраданием.

Он не мог припомнить, чтобы его дочь отличалась добротой, разве что лишь когда она была совсем маленькой.

В какой-то момент отец и дочь отдалились друг от друга. Каене было неуютно находиться рядом с императором, а Эстебан стал презирать принцессу.

Но сейчас Каена, казалось, чувствовала себя вполне комфортно подле него, даже относилась к нему с заботой.

— Ну и кто тебя надоумил?

Император всю свою жизнь восседал на троне. Подобные перемены никогда не возникали из ниоткуда.

В его голову закралась мысль, что, возможно, и поиск преступника, и последствия отравления были выдуманы лишь для отвода глаз.