Злодейка-марионетка (Новелла) - Глава 77

Каена торопливо обхватила Рафаэля за шею, когда ее ноги оторвались от земли. Его беспокойство можно было ощутить чуть ли не кожей. Крепко сцепив руки, принцесса осторожно произнесла:

— Вы удивлены? С наемниками ничего не случилось.

Рафаэль лишь вздохнул, услышав ее голос, и еще крепче сжал кольцо объятий. Злость и сожаление, горевшие в нем до этого, постепенно исчезали. Каена не могла скрыть смущения — все это было… слишком, однако выскользнуть из хватки Рафаэля никак не получалось; должно быть, он был сильно шокирован.

— Герцог? — осторожно позвала Каена. Она не могла навсегда остаться в его объятиях — необходимо было убираться подобру-поздорову отсюда и стереть все следы своего присутствия здесь.

Рафаэль снова вздохнул, когда Каена предприняла попытку высвободиться. Теперь, в его руках, она в безопасности. Спокойствие наполняло его с каждой секундой объятий. Каена стала его всем — он ужасно хотел ей обладать и даже допускал крамольную мысль, что было бы лучше, запри он ее у себя в особняке или сбеги с ней в другую страну. Самообладание Рафаэля дало трещину — его больше не удовлетворяло нахождение на ее стороне и постоянная помощь.

Рафаэль хотел принадлежать Каене, и наоборот — чтобы Каена принадлежала ему, чтобы они были соединены узами. Он поднял голову и прошептал принцессе на ухо:

— Что Вы творите со мной, Ваше Высочество?

— Что?.. — непонимающе начала было Каена, но, увидев глаза Рафаэля, полные терпеливого ожидания, замолчала. Атмосфера была странной; дыхание сбивалось, а в груди что-то щекотало. Каена не была ни юной, ни наивной, и ей прекрасно была понятна причина такого напряжения.

Он молчаливо спрашивал у нее дозволения. Когда Каена легонько взъерошила волосы на его затылке, Рафаэль правильно понял ее ответ и прижался к губам. Тело девушки задеревенело, когда их дыхания смешались, — непривычное, но приятное ощущение. В том, как Рафаэль прижал ее ближе, читалось желание.

Каена подавила вздох. Она не хотела противостоять его эмоциям, но вынуждена была столкнуться с ними лицом к лицу. Даже сейчас ей следовало оттолкнуть Рафаэля, притвориться, что она понятия не имела, что делает, дать пощечину и обругать за неуважение к особе императорской крови.

Вместо этого она закрыла глаза и подалась ему навстречу. Их тела сливались друг с другом, разделяя одно тепло на двоих, и единственным звуком, разрывающим тишину, был бешеный стук сердец. Рафаэль, жадно ласкающий ее губы, внезапно успокоился, и поцелуй стал заботливым и нежным.

Девушку в его объятиях — прекрасную, очаровательную — хотелось целовать еще и еще. Он не боялся, что кто-то случайно наткнется на них в лесу, наоборот, желал этого всем сердцем — так бы весь мир узнал, что именно Рафаэль является мужчиной принцессы.

Однако они оба знали, как мимолетен этот момент, даже несмотря на то что они подтвердили свои чувства друг к другу. Всему рано или поздно приходит конец. Именно поэтому Рафаэль не мог выпустить Каену из объятий. Едва ослабляя хватку, он давал ей сделать глоток воздуха, прежде чем снова прижаться к ее губам — снова и снова. Этот молчаливый диалог длился бесконечно долго, как будто они прощались.

Каена углубила поцелуй. Рафаэль понемногу отпускал ее, и, наконец-то коснувшись ногами земли, Каена схватила его за щеки и отстранилась, загнанно дыша.

— У меня не хватает воздуха, — прерывисто произнесла она, найдя в себе силы сердито нахмуриться и обвиняюще взглянуть на Рафаэля. Он молчаливо смотрел ей в глаза, и сердце Каены дрогнуло. Прошло уже немало времени, и кто-нибудь вполне может заподозрить неладное, не вернись они совсем. Каена вновь оттолкнула его, но Рафаэль не сдвинулся с места, вновь попытавшись поцеловать ее. — Хватит.

Каена вновь коснулась его губ своими, чтобы успокоить, а затем заговорила строгим голосом, противоречащим недавним проявлениям любви и нежности:

— Я собираюсь стать императрицей, — Рафаэль ничего не ответил, и тогда Каена добавила: — Так что я не могу стать вашей женой.

Рафаэль медленно кивнул. Принцесса медленно высвободилась из его объятий — пришло время возвращаться в реальность.

— Это потому, что трон важен для Вас?

Каена замерла, и ее замешательство было понятнее всяких слов. Она мстила Резефу.

— Я не такой хороший человек, как Вы думаете.

— Рафаэль.

— Поступайте, как пожелаете, — ответил Рафаэль. Как только Каена развернулась, тот вновь поймал ее в объятия, как будто ждал этого момента, и легко поцеловал, а затем пробормотал: — И я последую Вашему примеру.

Он вновь припал к ее губам, объявляя подобным образом войну.

Лицо Йестера, ожидавшего добычу в лице Каены в Большом театре, злобно скривилось.

— Почему герцог Кедри оказался там? — выругался он. Гильдия наемников и завод по производству пороха подверглись нападению. — Что насчет доказательств? Он понял, что я к этому причастен, не так ли?

— Он ничего не сможет найти, пока все работники немы как рыбы.

— Они мертвы?

— Я отправил к ним убийцу.

Йестер не смог сдержать гнева, как только он подумал о том, сколько денег вложил в производство и снабжение гильдии.

— Какого хрена это вообще случилось?! — заорал он. Буйствуя, он разрушил комнату отдыха, в которой находился, и только потом сумел успокоиться. — Ты сказал, что кто-то сумел сбежать, верно?

— Так точно. Его зовут Джедайя, — ответил слуга, склонив голову.

— Впусти его.

Йестер подобрал единственный целый стул, сохранившийся во время его истерики, и сел. Дверь открылась, и внутрь вошел мужчина возрастом около тридцати с длинным шрамом на левой щеке. Подойдя ближе, он опустился на колени и поклонился.

— Говоришь, ты узнал что-то о принцессе? — требовательно спросил Йестер.

— Я слышал, как она с кем-то разговаривала об амбаре семьи Эванс, о котором они не сообщили императорской семье, — ответил Джедайя, обведя взглядом разрушенную комнату.

Йестер испустил долгий, томный вздох. Зверское выражение его лица постепенно разгладилось.

— Нелегальный амбар… — с удовольствием произнес Йестер. Ему нравилось, как эти слова сладко перекатывались на языке.

— Да. Там выращивается марихуана, которую они поставляют в тайный клуб Хенвертона Джиллиана, недавно похитившего прицессу.

— Марихуану! — воскликнул Йестер, соскочил со стула и незамедлительно помог Джедайе подняться с пола. Будь наемник женщиной, он поцеловал бы его безо всяких прелюдий. Йестеру нравились способные люди, а о Джедайе говорили как об ответственном и способном человеке. — Тебя зовут Джедайя, верно? С этого момента ты назначаешься управляющим нового подразделения гильдии наемников.

— Благодарю вас.

Йестер подозвал слугу и приказал ему найти особняк, который можно было бы подарить Джедайе.

— Просто подожди немного, — доверительно произнес он. — Это не займет много времени.

Йестер не откладывал принятые решения в долгий ящик — он все решал сразу, разрабатывая дальнейший план действий еще быстрее.

Несколько людей вошли в комнату и принялись убирать разгром. Йестер произнес:

— Передохни, пока не появится новое отделение гильдии.

После этих слов он отпустил Джедайю, который по итогу был напуган еще больше, чем в момент получения письма. Возможно, та женщина и была принцессой, но как ей удалось так точно предугадать события?

«Как она поняла, что Хайнрих захочет наградить меня особняком в столице? — недоумевал он. Джедайя уже выходил из Большого театра, как вдруг ощутил на себе странный взгляд. На него смотрел мужчина, находившийся неподалеку, — он отвернулся, как только их глаза встретились. — Кажется, я уже видел его недавно…»

Он качнул головой и медленно пошел прочь. Ошибки не было — незнакомец наблюдал за ним. Джедайя уже собирался подойти к нему и спросить о цели такого поведения, как вдруг его окликнули.

— Вот ты где! — произнес слуга Йестера, тот самый, которому он приказал найти особняк, и подошел ближе. — Неподалеку есть особняк, в котором ты можешь остановиться прямо сейчас. Я отвезу тебя туда, так что следуй за мной.

Джедайя бросил быстрый взгляд за спину, но наблюдатель уже исчез.

— Что-то не так?

— …Нет, все в порядке.

Он забрался в экипаж вместе со слугой, и вскоре они покинули Большой театр. Слуга был очень жизнерадостным — кажется, он не понимал, чем зарабатывал себе на хлеб Джедайя, а потому вел себя с ним как с обычным человеком. Однако, как только экипаж остановился, он протянул Джедайе руку.

— С нетерпением жду результатов.

— …Да, конечно.

Когда они пожали руки, помощник странно улыбнулся — это выражение лица не походило на предыдущие.

— Даже не думай предать господина.

— Прошу прощения? — переспросил Джедайя, но слуга снова нацепил жизнерадостную улыбку.

— Если тебе понадобится что-то еще, я займусь приготовлениями и отправлю на рассвете.

Заинтригованный, Джедайя сошел со ступеней экипажа и, увидев особняк, сглотнул. Он находился около императорского дворца. Иными словами, в центре чертовой столицы. Джедайя начал понимать, что за взгляды преследовали его ранее, и смысл, вложенный в слова слуги.

«Они подозревают, что я могу быть шпионом принцессы, — мысленно усмехнулся Джедайя. Йестер не доверял ему. Кажется, он оказался в мире еще более темном, чем раньше. — Почему все дворяне так ужасны?»